Бой тунeядцам! Как в СССР вели бoрьбу с лoботрясами

В 1961 году в Советском Союзе были разработаны методы противодействия добровольно неработающим гражданам, которые были приняты к исполнению в указе об усилении бoрьбы с тунеядством.

Как это происходило

Тунеядство стало главной проблемой социалистического общества, а к тунеядцам были причислены все те, кто не трудится больше четырех месяцев в году, а следовательно, ведущие иждивенческий образ жизни. И это было чревато уголовным наказанием.

Поэтому каждый гражданин был обязан трудиться, принося пользу обществу и помогая строительству коммунизма. По закону могли не трудиться только женщины, занимающиеся уходом за маленькими детьми.

Новый указ затрагивал лиц, живущих на доходы, полученные нетрудовым путем (фарцовщики, спекулянты) и даже дам, которые не были замужем. Они, как считалось, также вели праздное существование.

Образы тунеядцев продергивали даже в мультипликационных фильмах. В итоге, благодаря чрезмерной активности пропаганды они стали больше анекдотическими. Но, в действительности, дело обстояло достаточно серьезно.

Большинство представителей творческой интеллигенции были сосланы в ссылку за свое лентяйство и безделье. Иосиф Бродский, к примеру, был сослан в Сибирь.

За тунеядцами охотились милиционеры и дружинники, потому что они являлись преступниками, живущими за счет социалистического общества.

“Тунеядка” Леля

С нами по соседству проживала типичная тунеядка Леля. Этакая борзая, обладающая могучими телесами молодая брюнетка в дефицитном шмотье. Наши детские глаза в восхищении разглядывали ее кожаное пальто, серебристые сапожки и несметное количество сумочек, которые мы иногда видели во взрослых женских журналах. А темно-синие блестки на ее ногтях приводили наш детский разум в полнейший восторг.

Количество золота на ней сразу кричало всем о ее богатстве. Для детского восприятия, считающего прекрасными только нежных и хрупких сказочных принцесс, она была некрасивой. Но для нас, чуть более старших девочек, жирная Леля, выстреливающая недокуренные тонкие дамские сигареты и оставляющая после себя аромат дыма заграничных сигарет и “Magie Noire” была вне конкуренции.

Почему Лелю считали типичной тунеядкой? Согласно 209-й статье УК, уголовной ответственности подлежал образ жизни, заключавшийся в проживании трудоспособного лица, достигнувшего совершеннолетия более 4-х месяцев на нетрудовые доходы. А Леля как раз и относилась к той классике жанра, фарцуя вещами и имея в друзьях таких же как она. Когда наступил период совсем строгого гонения бездельников, Леля стала работать кассиром в универмаге. И даже продержалась там некоторое время до кончины Юрия Владимировича.

Попалась Леля во времена перестройки. Получила она срок или нет, никто не знал, но появилась она уже в конце 90-х, приехав навестить подругу. Вид у нее был все тот же — упитанный и основательный. Но уже не такой модный.

А если хорошо подумать, то тунеядкой то она не была, потому что вкалывала так, как не снилось иным советским работницам. Она крутилась, что-то покупала, что-то продавала. Она именно впахивала. Но, на себя. А если ты не трудишься на благо страны, то ты, конечно тунеядец.

“Типы” тунеядцев

У Уголовного Кодекса свое мнение, а вот у народа — свое. Тунеядками народ считал и женщин, живших за счет мужа. Вообще-то, с правовой точки зрения они считались домохозяйками. Но общественность была возмущена, ибо честная советская женщина после тяжелой трудовой смены на благо Родины должна была, прибежав с работы, начинать трудиться на благо семьи. А не ходить по салонам красоты с отдохнувшим и ухоженным видом. Как же кони и избы?

Эти дамы, столь раздражающие советскую общественность были особо любимы советскими сатириками. Они делились на два вида: “дура без образования” и “приспособленка с образованием”. Первый тип интересовался тусовками, модными тенденциями, собственной внешностью.

Ко второму виду относились этакие филологички, которые вместо того, чтобы честно трудиться на благо, к примеру, советского образования и читать лекции например, на тему “Литературный образ пол-литры в русской литературе” могли позволить себе читать книги, возлежа на диванчике, по той простой причине, что смогли выскочить замуж за какого-нибудь престарелого профессора.

Еще один тип тунеядцев состоял из лодырей, сидящих на шее у дедов и родителей. Поразительно, но эти бездельники выглядели модно и богато, тратя пенсии своих дедушек и бабушек. В действительности, тогдашние пенсионеры получали неплохую пенсию, а если еще и подрабатывали, то в общем получали в месяц достаточно приличную сумму. К слову сказать, многие переростки, сидящие на шее у родителей были избалованы самими же родителями, считающими, что должны дать своим чадам то, что сами недополучили.

А еще очень престижным считалось иметь диплом о высшем образовании, даже если ты дебил. Каждый старался пристроить свое чадо в высшие учебные заведения, что также стало излюбленной темой сатиры.

Были в числе относящихся к тунеядцам “свободные художники”. Но их особо не трогали, если они “творили” согласно отечественным соцстандартам. Многие из них во избежание лишних проблем устраивались куда придется. Особенно любимы ими были котельные. Потом, уже в 90-х, на эту тему много шутили, говоря, что в советское время уровень образования достигал такого пика, что все кочегары были дипломированными специалистами гуманитарных институтов.

Поэтому, срок по двести девятой получали или только самые обнаглевшие, или глупые.

Бороться с тунеядством перестали в 91-м после выхода нового закона. Пришли другие времена, другой устрой общества — капиталистический. А при таком строе труд на благо страны уже не являлся обязанностью, каждый был волен реализовывать свои способности по своему усмотрению.