Ивaн Удoдов: из кoнцлaгеря на олимпийский пьедестал

Существуют определенные физиологически невозможные вещи. Нельзя, например, стать великим композитором, изначально не имея слуха, или великим стайером, имея сердечно-сосудистые, дыхательные и прочие подобные пaтологии. Но, с другой стороны, никто не отменял мудрость: «Терпение и труд все перетрут». Упрямство и упорство подчас расширяют границы возможного и дозволенного. Пример сoветского штангиста Ивана Удодова – яркое тому подтверждение.

Начало пути

Будущий олимпийский чемпион появился на свет 20 мая 1924 года – в поселке Глубокий Ростовской области, в семье Василия Петровича и Феодосии Яковлевны Удодовых. У Вани было три брата, увлекавшихся борьбой, но каких-либо феноменальных или даже просто заметных успехов никто из них не добился. О детстве же будущего чемпиона по штанге до нас дошло хоть и побольше, но все же не очень-то много информации. Не любил он распространяться о себе почем зря.

Известно, что ходить Ваня научился в полгода, рос шустрым, крепким и выносливым. Зимой любил кататься на коньках. Однажды, провалившись под лед, сумел выбраться из полыньи самостоятельно: первый личный подвиг мальчишки, сохранивший его для дальнейших подвигов – как во вражеском стане, так и на спортивном помосте.

22 июня 1941 года жизнь «советского Геракла» разделилась на «до» и «после». Ростов нацистское руководство рассматривало как «ворота на Кавказ», а близлежащие регионы – как необходимый плацдарм для «прохода» в эти ворота. Поэтому не коснуться семьи Удодовых война не могла. В самом ее начале Василий Петрович ушел на фронт сапером – и не вернулся. А когда немцы заняли Глубокий, то разместились в доме Удодовых. Феодосия Яковлевна не смогла пережить тягот и унижений и вскоре скончалась.

Войска Вермахта, оставляя поселок после разгромов и мародерств, угнали с собой сотни «рабов». В их числе оказался и 17-летний строптивый Иван, который даже попытался сперва сбежать, но безуспешно. Его, в конце концов, отправили в концлагерь Бухенвальд, в самое пекло.

Выживший на «кухне дьявола»

Но это – чуть погодя. Сперва была работа на фермерской конюшне у некоего бюргера-самодура. Работой, впрочем, это было назвать трудно: бюргер стремился не столько получить какой-либо результат от «унтерменша», сколько покуражиться и продемонстрировать собственное господство.

Немец нещадно морил Ивана голодом, держал в черном теле, давал невыполнимые поручения, жестоко избивал за малейшие провинности, в том числе надуманные. Однажды гордый норов «Геракла» не выдержал. Когда «хозяин» ударил Ивана вилами в пах, тот, очнувшись от боли, сразу же в ответ стукнул садиста скребком для чистки лошадей. Вот за эту «провинность» и последовал Бухенвальд.

Следующие полтора года строптивец провел в восьмом детском блоке крупнейшего из концлагерей. Воспоминания остались самые неприятные. Вероятно, именно поэтому заслуженный мастер спорта СССР Иван Удодов, уже будучи в зените славы и спортивных успехов, не любил ворошить прошлое.

Над молодым человеком издевались так, что вся его голова покрылась шрамами. А пытки голодом были несравнимо более суровыми, нежели те, которые устраивал у себя бюргер.

Парень мог попросту умереть от истощения, если бы на выручку не пришел пленный советский офицер Петрусь, которого заключенные с теплотой прозвали «дядей Сашей». Он добивался для гордого юнца хотя бы минимально необходимой пищи, а 11 апреля 1945 года не дал тому погибнуть от заворота кишок. Дело в том, что в этот день в Бухенвальде случилось восстание – и тысячам узников удалось дорваться до еды. Многие объелись до такой степени, что их желудки, иссушенные многолетним голоданием, не выдержали. Иван также мог погибнуть, если бы Петрусь не отпоил его теплой водой.

Далее – в Бухенвальд вошли американские войска, и последовало вызволение из нацистского плена. Иван тогда не мог даже как следует порадоваться: он лежал пластом, и от изнеможения не мог двигаться самостоятельно.

Совершивший невозможное

На момент освобождения масса тела Удодова составляла 28-29 килограммов: крайняя степень дистрофии. Тут уж не до чемпионских подмостков: просто бы выжить, желательно без тяжелых последствий. Кое-какие последствия все же наступили: здоровье в ходе зверств фрицев было изрядно подорвано. Однако Иван и на сей раз не сдался.

В 1947 году ему порекомендовали заняться спортом для того, чтобы привести состояние организма в норму. Удодов сделал выбор в пользу занятий тяжелой атлетикой – и предался занятиям с таким рвением, что стремительно ворвался в когорту сильнейших легковесов Ростовской области, а уже в 1948 году на Спартакиаде Юга России в Махачкале стал вторым – с результатом в 252,5 килограммов по сумме троеборья (рывок, толчок, жим стоя).

В 1949 году Иван занял пятое место на чемпионате СССР с суммой в 277,5 килограммов, а в 1951 году он одолел планку в 300 килограммов по сумме, став одновременно чемпионом и рекордсменом СССР. Дальше – больше: последовали международные старты и оглушительные победы на них.

В общей сложности Иван Удодов смог стать четырехкратным чемпионом СССР, двукратным чемпионом Европы, чемпионом мира, а в 1952 году в наилегчайшем весе (до 56 килограммов) ему покорилось «золото» Хельсинской Олимпиады.

Умер Иван Васильевич 16 октября 1981 года и похоронен на Северном кладбище в Ростове-на-Дону. Сын прославленного чемпиона, Анатолий, пошел по стопам отца, хоть и с более скромными достижениями: заслужил звание мастера спорта СССР – и тоже по тяжелой атлетике.

Выдающийся советский штангист, прошедший ужасы Бухенвальда, не сдался и не опустил руки, хотя, казалось бы, поначалу ничего не предвещало крупнейших мировых триумфов. Ивана Удодова можно по праву поставить в один ряд с Алексеем Маресьевым, Василием Петровым и Анатолием Лебедем.

Источник