Рассказ немецкого ветерана, который был бы не прочь снова срaжаться с Россией

Однажды Владислав Динько разговорился с немецким ветераном Конрадом Вильцом, живущим по соседству, о былых временах. Его поразили твердые убеждения немца, так и оставшегося нaцистом, даже спустя столько лет.

Небольшая предыстория

Динько перебрался в Германию еще в 90-х годах. Сначала жил в Берлине, а затем переехал в Магдебург, тихое местечко, где жили в основном пенсионеры. Там и повстречал он своего соседа пожилого дедушку – ветерана войны.

Они подружились и нередко коротали вечера вместе. Обсуждали все, спорт, политику, но прошлое ветерана до поры до времени не затрагивали.

Однажды Владислав попросил у соседа строительный инструмент, и они отправились в его гараж. Как оказалось, там Конрад хранил не только инструменты, но и вещи из прошлого. На одной стене висели фотографии, рядом расположились собранные модели боевой техники, а также несколько касок и иных мелочей военного времени.

Через время Динько вспомнил об этом и попросил ветерана рассказать о его службе в военные годы. Пожилой немец помолчал, а затем вышел из комнаты и вернулся с орденами и старым альбомом.

Оказалось, что Конраду не с кем поговорить о прошлом, а в лице Владислава он нашел благодарного слушателя. Поэтому за несколько вечеров ветеран поведал историю своей службы.

История Вильца

Вильц обучался в юнкерском училище СС, которое в то время считалось хорошим учебным заведением. Но через время его отчислили. Поэтому на войну он был направлен обычным рядовым солдатом в 1941 году. Его дивизия воевала на Московском направлении, а в 1942 году Конрад был ранен в районе Ржева и попал в госпиталь.

Второе ранение Вильц получил в битве на Курской дуге, и в связи с этим его хотели отправить домой. Но Конрад сумел договориться с медиками и снова отправиться на передовую.

Владислав задал ветерану несколько интересующих его вопросов. В первую очередь, правда, ли то, что война в СССР сильно отличалась от европейской? Но Конрад поначалу не попал в бои в Европе, да и с сопротивлением советских солдат столкнулся не сразу. Зато ветеран подтвердил, что немецкие солдаты принимали препараты, придававшие им сил и позволявшие идти без устали многие километры, в том числе и ночью.

Первый бой с Красной армией Конрад помнит смутно. Было тяжело, жарко. А вот сражения под Минском, когда его рота попала в засаду, вспоминает отчетливее.

В целом Конрад описывал то время так: была война, сначала было страшно и тяжело терять товарищей. Но потом привыкли. Солдаты были молодыми и абсолютно уверенными в необходимости своей миссии.

Это придавало сил двигаться дальше.

Вильц не стал полноценным нацистом, но чувство превосходства у него регулярно возникало. А еще ощущение несправедливости, что отсталым народам досталось так много всего. Немцы полагали, что этим богатством: реками, лесами, полезными ископаемыми и т. д. они воспользовались бы куда рациональнее.

Но вот, что удивительно: Конрад с уверенностью заявил, что при необходимости снова отправился бы сражаться в СССР или Россию. Он хотел бы вернуться в то время, когда был сильный, молодой, а немецкий народ — сплоченный ради общей цели, чувствовавший ценность своей национальной принадлежности.

Сейчас же ветеран не чувствует себя полноценным немцем. Политики умаляли достоинства их народа.
Рассказал бывший немецкий солдат и о советском плене, правда, недолгом. Конрада очень удивила тогда странная способность советских солдат переключаться из свирепых противников в добродушных веселых людей.

В бою они были страшны, но после него менялись на глазах, переговаривались, шутили. «Какая-то в этом народе хитрость природная есть», — заключил Вильц. Побыл с советскими солдатами Конрад недолго, его армия подоспела и отогнала противников.

Окончание истории

Много о чем еще поведал соседу немецкий ветеран. Но Владислава больше всего поразило, что этот немец ни о чем не пожалел из былого, и даже хотел бы вернуться в то время снова.

После откровенной беседы Динько не смог больше общаться со старым немцем и перестал бывать у него в гостях.