Сахалин. Катoрга Царской России

Еще в XIX веке, в течение полсотни лет, чиновники царской России искали пути перевоспитания опасных пeступников. В результате на заре 50-х годов лет позапрошлого века возникла мысль создать специальную зону, где преступившие закон могли бы своим трудом “перевоспитаться”.

Одним из первых “исправительных” мест оказался остров Сахалин.

Остров считался идеальным местом, т.к. со всех сторон окружен водой, что весьма затрудняло бы побег заключенных.

В конце 50-х туда была отправлена первая партия ссыльных, а в конце 60-х Сахалин стал официальным местом исправительно-каторжных работ.

В число каторжников входили как жестокие убийцы с рецидивистами, так и политические заключенные.

Кстати, именно там отбывала наказание та самая Софья Блювштейн, известная всем как Сонька “Золотая ручка”.

Всех их отправляли до места пребывания наказания пешком, через Сибирь (такая дорога занимала до четырнадцати месяцев), а спустя десять лет, стали перевозить пароходами по морю.

Дорогу до острова выдерживали не все. Процентов двадцать умирало, так и не добравшись до исправительных работ.

На пароходах каторжников все время держали в кандалах. Иногда выводили на прогулку, на палубу; все остальное время держали за решетками в помещениях под палубой, где стояла невыносимая духота. Если среди каторжников возникали бунты, либо какие-то другие “нарушения дисциплины”, конвоиры обдавали всю толпу паром из шланга.

Условия для каторжников были весьма суровыми. В течение нескольких лет их постоянно держали в кандалах. Снимали цепи только на время работы.

Если во время отбывания наказания заключенные совершали дополнительные нарушения или убийства, их казнили на месте через повешение. Причем смотреть на это показательное зрелище сгоняли всех заключенных. Приговор читался очень долго, оказывая дополнительное психологическое давление на приговоренного.

Жили заключенные в гнилых бараках, с клопами. Кормили их похлебкой из гнилой картошки. В колонии царили страшная антисанитария и разгул болезней типа тифа, дизентерии, чахотки и т.п. Врачи, находившиеся при колонии, занимались лечением чисто формально. Были такие, которые каторжникам, жалующимся на плохое самочувствие, просто приказывали всыпать полсотни розг.

Конечно бывали и случаи побега. Каторжники, доведенные подобными условиями почти до безумства, могли собраться в небольшую группу из двух-трех человек, при этом еще прихватить кого-то помоложе, чтобы потом в дороге его съесть.

Антон Чехов, Валентин Пикуль, Влас Дорошевич описывали каторгу, ка жуткое место, подобное Аду Царской России. С тех пор прекрасный, живописные ныне остров Сахалин долго еще воспринимался людьми как страшное, “адское” место…