Воспоминания немцев о стойкости и уверенности в победе советских солдат

Как бы сложно не приходилось Советской Aрмии в бoрьбе с фaшистскими зaхватчиками, ее солдаты всегда верили в победу над врaгом. Они отдавали свои жизни, чтобы приблизить освобождение страны от врaжеской aрмии и точно знали, что это рано или поздно произойдет.

Воспоминания о «Невском пятачке»

Один из самых кровавых плацдармов войны «Невский пятачок» навеки останется в трагической летописи Великой Отечественной.

Речь идет о небольшом кусочке суши, расположенном на левом берегу Невы, который занимали советские войска. Всего три километра по фронту и 500 метров в глубину. Но история этого плацдарма, ставшего свидетелем битвы за блокадный Ленинград, навсегда останется в памяти потомков.

Лучшие летчики Люфтваффе, десантники и немецкие ветераны боевых действий должны были высадиться в этом районе. Позже немецкий обер-ефрейтор Карсон Финг будет вспоминать о тех боях: 29 сентября 1941 года немцы заняли позиции на побережье Невы.

Они сменили мотопехоту, которую уже изрядно потрепали советские войска. Немецкое командование было обеспокоено занятием русскими пятачка, с которого они могли атаковать вражеские подразделения. Плацдарм мог помочь советским солдатам прорвать блокаду Ленинграда, что совсем не устраивало немцев.

Поэтому в срочном порядке туда были направлены лучшие войска, обязанные сдержать наступление и ликвидировать плацдарм, занимаемый русскими. Немцы думали, что справятся с противником быстро, но напрасно.

Каждую ночь небольшие советские подразделения и батальоны перебрасывались с правого берега Невы, несмотря на нескончаемый обстрел фашистской артиллерии. Русские не могли перенаправить сюда больше солдат, т. к. занимаемая территория была совсем небольшая.

В течение полутора недель немцы атаковали советских солдат и смогли сузить их плацдарм до двух километров. Но наступление вглубь застопорилось. Вскоре нейтральная полоса между двумя армиями составляла всего 15 метров. Солдаты даже могли перебрасывать в окопы противников гранаты.

Фашисты поражались, откуда берутся советские солдаты. Каждый день тяжелые артиллерийские обстрелы их позиций, ярое наступление немцев не должны были оставить солдатам ни малейшего шанса. Но ежедневно, новоприбывшие красноармейцы пытались расширить занятую ими территорию. Гитлеровцы снова не давали им этого сделать, а русские по-прежнему не сдавали плацдарм.

Немцы несли потери. Все смешалось на этом краю фронта, грязь и погибшие солдаты. Гитлеровцы каждые полчаса сменяли друг друга у пулемета, а Иваны снова переправляли войска на этот берег, что означало очередное сражение.

Сложили головы на пятачке бесчисленное множество бойцов. Ликвидировать плацдарм немцам удалось в 1942 году, но ненадолго. Спустя 6 месяцев он вновь был занят Советской Армией. Закончилась эта кровавая история в 1943 году, когда нашей армии, наконец, удалось прорвать блокадное кольцо и прийти на помощь солдатам плацдарма.

Воспоминания немца о наглом русском парламентере

Немецкий капитан Манфред Шлоссер, который участвовал в боях возле Деменска, вспоминает еще об одном столкновении с советскими воинами и встрече с их парламентером.

В начале 1942 года немцы уже третий месяц находились на этой территории. Вначале полагали, что основные кровопролитные бои велись в районе столицы СССР, а здесь, на севере, было спокойно.
Но гитлеровцы ошибались. Они еще не знали, что Советская Армия наступает везде, причем одновременно. Фашистов обошли с флангов, и СС вместе с несколькими дивизиями попали в окружение.

И если эсэсовцы еще пытались подбодрить остальных солдат, то обычные немецкие бойцы уже теряли надежду. Все грузы с продовольствием и боеприпасами, которые им пытались сбросить с воздуха, попадали на территорию эсэсовцев, а те не всегда делились с остальными немецкими солдатами.

Тогда втайне от всех командир роты майор Ленке решил выслушать предложения и условия русских. В лагерь к немцам прибыл парламентер. Если бы он предложил им вывести войска без сдачи в плен и с сохранением оружия, майор обратился бы к командованию. Он очень рисковал, т. к. об этом мог узнать командир СС, который действия командира вряд ли одобрил бы.

Парламентер, несмотря на холодную весну, приехал в расположение части в мотоциклетном кожаном плаще. Вел себя нагло. Громко требовал сдачи тяжелого оружия и пленения всех солдат немецкой группировки. Русский говорил по-немецки хорошо, возможно, он даже когда-то посещал Германию. Парламентер курил, не спрашивая у майора разрешения.

Когда к спорщикам присоединился гауптман Тильзен и увидел русского, он спросил: «Что этот человек себе позволяет. Почему он так разговаривает с нашим командиром?». На что ему ответили: «Ему можно. Это тот самый парламентер. А мы не в том положении, чтобы ставить его на место». «Он ведет себя так, как будто советская армия уже стоит под стенами Берлина, а не окружила лишь небольшие немецкие дивизии», — сказал Тильзен.

И тут в разговор вмешался русский. «Я все слышу, — сказал он, — И поверьте, господа офицеры, дело дойдет и до Берлина. А если вы заупрямитесь, этого уже не увидите. Потому что погибнете здесь, возле Демянска».

В итоге немцы не приняли условия русского, а переговоры закончились ничем. Впоследствии немцам все же удалось проврать окружение. А те, кто участвовал в этих боях, получили награды за стойкость от фюрера.

Но немцу все равно запомнился русский. Несмотря на то, Советская Армия еще часто оказывалась на краю пропасти, а Вермахт был силен, советский парламентер уже в начале 1942 года был безгранично уверен в победе. И, как оказалось впоследствии, он был прав.